История девочки-художницы Саши Путри

Источник

2 декабря 1977 года в Полтаве родилась Александра Путря — одна из самых необычных художниц за всю историю изобразительного искусства. Саша прожила на Земле всего 11 лет, но за это время она успела создать 2279 работ: 46 альбомов с рисунками, великое множество поделок и даже технических чертежей, которые должны были, по её мнению, помочь взрослым достичь Луны и сделать асфальтовое покрытие дорог без трещин. Рисование для Сашеньки было таким же естественным, как сон и еда, нередко оно заменяло ей друзей и детские игры. 

Уже в три года Саша уверенно держала в руках карандаш и кисточку. Рисовала она, не переставая, и часто засыпала вся испачканная красками. Её отец сделал из маленькой спальни художественную мастерскую и пытался обучать девочку по академической программе, но натолкнулся на деликатный отпор. Как художник Саша формировалась самостоятельно, руководствуясь собственными впечатлениями и воображением.

Когда девочке исполнилось пять лет, ей поставили страшный диагноз — лейкоз. Пытаясь абстрагироваться от боли, Саша стала посвящать гораздо больше времени своему любимому занятию. В это время на смену забавным зверятам и сказочным персонажам пришли образы из индуистской философии, а также поражающие воображение автопортреты — то в виде многорукого бога Шивы, а то и вовсе в образе взрослой индианки, в глазах которой отразилась глубокая печаль за нашу Землю.

Саша боролась за жизнь шесть лет, после чего попросила родителей отпустить её. Незадолго до своего ухода она попросила папу приложить руку к белому листу и обвела её. Затем сверху приложила свою руку и проделала с ней то же самое. Законченным рисунок был найден уже после 24 января 1989 года, когда девочки не стало. На нём была изображена звезда Сириус, на которую Сашенька мечтала улететь.

«Сириус» (1989) 

С 1989 года состоялось более ста персональных выставок Саши Путри во многих странах мира, о девочке было снято несколько документальных фильмов и написана документальная повесть. На стене детсада, где она воспитывалась, установлена мемориальная доска и открыт музей. В Полтаве работает Детская художественная галерея имени Саши, в которой под эгидой Фонда защиты и поддержки талантливых детей проводятся международные конкурсы детского рисунка.

«Бимка в конверте» (1985)

«Мама и папа в виде хомячков» (1986)

«Квартира собачки Рыжки» (1986)

«Евгений и Виктория» (1987)

«Индианка» (1988)

«Цыганка Земфира» (1985)

«Давид Гурамишвили» (1988)

«Дорогая Лерусинька» (1988)

«Дева Мария» (1988)

«Последний автопортрет» (1989)

Из других источников:

Сашу Путря как талантливую художницу знают во всём мире. Саша Путря оставила после себя 2280 рисунков и композиций. С 1989 по 2005 год состоялось 112 её персональных выставок в 10 странах. В Австрии с рисунком Саши выпущены почтовый конверт, штемпель, издана серия её рисунков, средства от продажи которых переданы на закупку одноразовых шприцов для больных в СССР.

О Саше снято пять документальных фильмов, вышла документальная повесть “Саша Путря”. На стене детсада, где она воспитывалась, установлена мемориальная доска, открыт музей Саши Путри. В Полтаве открыта Детская художественная галерея имени Саши Путри, в ней под эгидой Фонда защиты и поддержки талантливых детей проводятся конкурсы детского рисунка; с 2005 года эти конкурсы стали международными.

Саша Путря награждена (посмертно):

• Золотой медалью Христа Спасителя “За жизнь, достойную человека”, 1998
• Орденом Святого Николая Угодника “За приумножение добра на земле”, 2000
• Старинной иконой в серебряном окладе “Христос Вседержитель”, 2001
• Национальным призом Всеиндийского детского объединения “Неру Бал Самити” — “Каласари Авард”, 2001

Слово о доченьке. Евгений Путря

- Сашенька, а кем ты станешь, когда вырастешь?
- Не знаю... Мне всё нравится. Может дрессировщицей, чтобы с собачками выступать. Нет, я, наверное, буду художником.

Рисовать Сашенька начала с трёх лет. Ручки и личико её всегда были вымазаны фломастерами или акварельными красками. Вся наша квартира, ванная комната, кухня, туалет, двери шкафов разрисованы до той высоты, уда доставала она рукой. Рисунки свои щедро дарила друзьям и родственникам – на праздники и дни рождения поздравляла открытками, которые рисовала сама, сама же писала и тексты, часто в стихах.

Рисование для Сашеньки было таким естественным – как сон, как еда, нередко заменяло ей друзей, детские игры, особенно, когда болезнь обострялась. Заболела она вдруг, неожиданно, врачи долго не могли поставить диагноз, а когда поставили... это было как гром среди ясного неба – лейкоз. Было Сашеньке тогда пять лет. И то, что она прожила ещё шесть – чудо. И в основе этого чуда – неимоверная, фантастическая тяга к рисованию.

Она могла просиживать за фломастерами и красками по восемь – десять часов в день. Когда здоровье ухудшалось, и мама ложилась с ней в больницу, я приходил, бывало, и спрашивал:

- Как Сашенька? Рисует?
- Да. Смотри, сколько успела!
Это значило, что здоровье улучшается. А если жена молча разводила руками, состояние было неутешительное.

В больнице Сашеньку знали и любили все: от нянечки до главврача. Любили за терпеливость, с которой переносила болезненные процедуры, за доброту, за весёлый, жизнерадостный нрав. В палате, где она лежала, всегда собирались дети, слышно было смех и веселье. Врачи, спасибо им, не запрещали такого общения, и больница не была для девочки чем-то страшным, хотя, естественно, особой радости не испытывала. Попадая сюда снова.

Но больше всего она любила дом, хотя и жаловалась: «Ох уж этот четвёртый этаж!..Кто его придумал?»

Сидя с нами тёплыми осенними вечерами на балконе, она трепетно засматривалась на пылающие закатные облака, которые постепенно сливались с тёмным небом, и вспыхивали над головой искорки звёзд, и расцветал небосвод серебристым мерцанием созвездий и галактик...Мы говорили с ней про планеты, про «летающие тарелки», про Бога, про людей...

Она увлекалась гороскопами, астрологией и особенно интересовалась сообщениями про НЛО. Свято верила, что это прилетают наши предки, и настанет день, когда она с ними встретится.

В школе Сашенька училась легко и непринуждённо, сразу стала любимицей класса и учителей. Когда её хвалили («профессор ты наш»), скромно отходила,а дома нам рассказывала, как ей это неудобно. По окончании первого класса её наградили «Похвальной грамотой». Затем болезнь начала обостряться, и она вынуждена была оставить школу. Училась дома или ходила с мамой к учительнице. Школьная программа её не устраивала. Завела свою библиотеку, которая насчитывала около тысячи книг, и всю перечитала. Среди любимых её авторов – Купер, Майн Рид, Стивенсон, Марк Твен, Дюма, Гюго, Пушкин, Гоголь... каждый вечер, после программы «Время», ложились с мамой в кровать и читали до «мотыльков» в глазах.

Общаться с ней было легко и приятно. За всю свою короткую жизнь она никогда никого не обидела. Была ласкова со всеми. Мы до сих пор чувствуем её детские объятия, приятное прикосновение тёплых щёчек, утомлённое тельце на плече...

Рисовать Сашенька любила под музыку. В её фонотеке около ста пластинок: записи детских сказок, мюзиклов, инсценировок, песен. Практически все она знала наизусть. Особенно любила «Голубой щенок», «Али-баба и сорок разбойников», «Приключения Буратино», «Приключения барона Мюнхгаузена», «Принц и нищий», «Три мушкетёра», «Хоттабыч», «Бременские музыканты», «Приключения капитана Врунгеля»...

Врачи рекомендовали ей избегать яркого солнца, так что гуляли мы с ней рано утром или вечером, когда спадала жара, или когда на дворе было пасмурно. В такие дни садились на велосипед и путешествовали окраинами города, парками или шли по музеям. Больше всего ей нравился Полтавский краеведческий. Хотя бывала здесь уже не раз, всегда шла как на праздник. Ей нравились маленькие зверята – хомячки и ласки. Жалела только, что они не живые и всё выпытывала:

- Они сами умерли или их убили?
- Сами, сами, от старости.
- Как от старости? Они же такие манюсенькие?
- А они больше и не растут.
- Тогда какие же они были детками?
- А вот такие, - показывал ей полмизинца.
- Ой, манюсенькие! Ой, мои хорошие!

Ко всему маленькому и живому относилась с какой-то – совершенно не детской, скорее, материнской – нежностью, как будто чувствовала его незащищенность.

Дома, по её просьбе, мы завели собачку, затем взяли ей в компанию котёнка.

Соседи, зная её любовь к животным, подарили аквариум с рыбками. Мы докупили туда тритонов и черепашек, и Саша часами могла рассматривать подводное царство. Затем, как-то осенью, забился к нам на балкон еле живой попугайчик-альбинос, и, естественно, остался жить у нас...

В шесть лет Сашенька «влюбилась» в своего двоюродного братика Витю Бражанского, светловолосого голубоглазого мальчика. С тех пор появилась целая серия «Витенек»: то он гусар, то он жених, а то у них с Сашей свадьба...

Вскоре, после фильма про трёх мушкетёров, её любимцем стал Д`Артаньян – Михаил Боярский. И снова – целая серия рисунков с дорогим артистом. Она даже написала ему письмо, но так почему-то и не отправила.

И, наконец, появляется блестящий, очаровательный юноша – Митхун Чакраборти – последняя самая сильная Сашина любовь. Его портрет, вставленный в оправу, она носила на груди, около сердца... Мы берегли её любовь и тихо радовались её счастью. Так и похоронили её с портретом Митхуна.

В 1986 году Сашенька посмотрела индийский фильм «Танцор диско». Картина произвела такое сильное впечатление, что вся дальнейшая жизнь прошла под знаком интереса к Индии, её культуре, в частности к артистам. Ни одного индийского фильма, который шёл на экранах города, она не пропустила, а некоторые, которые особенно полюбились, смотрела по несколько раз.

Естественно, изменилась и тематика её рисунков – появились портреты актёров индийского кино, танцовщиц, принцев, бога Шивы, т.д. Мы не придавали значения такой перемене, раз нравится – пусть рисует. Но как-то Саша сказала:

- Мама, ты помнишь, у нас был слон? Большой такой!

- Слон? У нас? Нет, доченька, не помню.

- Ну, как же, мамочка! Был! Я хорошо помню: я сидела ещё у него на спине, в красивой такой корзиночке. Ну, вспомни!

- Да нет, доченька, не было такого. Это ты, наверное, в кино видела.

- Да не в кино! Я хорошо помню! Я была тогда маленькая. А слон большой, настоящий, живой, и мне было даже немного страшновато, что я так высоко сижу. Я помню!

О том, что Сашенька не видела живого слона, мы знали точно: в зоопарке, куда мы ходили, слона не было. Тогда что это? Память души? В таком случае тема Индии в её рисунках не случайна. Но что мы знаем о тайне нашего рождения и смерти, про подсознание?..

Обычно утром, после завтрака, Сашенька подходила и говорила: «Я хочу рисовать. Дай, пожалуйста, бумагу». Садилась за свой отдельный столик и затихала, иногда напевала под нос какую-то мелодию. А через какое-то время смотришь – встаёт, подходит сбоку, обнимает и тихо говорит: «Ты очень занят? Посмотри, пожалуйста, что у меня получилось?» И всегда это была неожиданность. Понятно, были работы более удачные и не совсем, она сама это видела и страдала, если не могла достичь одного ей известного совершенства. Саша долгое время не пользовалась ластиком, но когда привыкла. Её рисунки стали более точными, пропорционально правильными. А то как бывало? Рисует, рисует, потом где-то ошибётся и, плача, начинает всё заново, бывало по три-четыре раза. У нас сберегается до пятисот её неоконченных рисунков: то только глазки, то личико, то полфигуры...

Уже теперь, когда она ушла, многие из тех, кто, посмотрев её рисунки и композиции,

Задаёт один и тот же вопрос: «А кто из художников ей больше всего нравился? Кому она пыталась подражать?»

Мы как-то не замечали, чтобы она кому-то подражала. Не следует забывать, что она всё-таки ребёнок, и способы выражения её чувств к окружающему миру не нуждалист ещё в подражании.

А среди многочисленных книг по изобразительному искусству, которые были в нашей домашней библиотеке, она чаще всего выбирала «Рисунки Дюрера», «Дюрер и его эпоха».Эти книги очень богато иллюстрированы, и она подолгу рассматривала их, отдыхая после рисования. Нравился ей Ганс Гольбейн, но особенно поразил Альбрехт Альтдорфер! Его «битву Александра Македонского с Дарием» она рассматривала с лупой в руках, увлекаясь необычным небом и эпическими облаками над толпами всадников. И всё-таки любимым художником был для неё Дюрер. Что она в нём находила – осталось её тайной.

Нравились ей работы Васнецова, Билибина, Нарбута. Любила рассматривать книгу экслибрисов. И, конечно, часто пересматривала свою библиотеку, детские книжки, много и со вкусом иллюстрированные.

Срисовывать Сашенька не любила. Всё рисовала «с головы», по памяти. Понравится кто-то, увиденный на улице или в кино – сядет и нарисует. У неё собралась целая серия портретов «маминых студенток» (жена преподаёт в музыкальном училище). Рисовала и родственников, наряжая их в сказочные одежды, облагораживая и омолаживая. Рисовала своих любимых зверяток: мышек, собачек, кошечек, а ещё – рыбок и птичек, украшая их чудесными орнаментами, придумывая невиданные одежды, чтоб им, зверяткам, рыбкам и птичкам, было приятно.

Сашенька изготовила несколько крохотных книжечек (4 на 2,5 сантиметра форматом), в которых «поселила» десятки необычных жучков, которые носят необычные имена: Цымзибуця, Коробулька, Фуня, Ковбасюк...

А ещё сделала две книжечки стихов, художественно оформив их рисунками и орнаментами по всем правилам издательств: Саша Путря. Стишки. Издательство – «Дом родной». Главный редактор – «Фунтик». Главный художник – «Маленький бухгалтер». Поэт – «Какашка в пушку» (прозвище, данное ей в шутку сестрой, когда у Саши от приёма лекарств выпали волосы и начал отрастать новый пушок; прозвище Саше явно понравилось).И посвящение: «На память и смех дорогой сестричке Лерочке и её подружкам и соседям по комнатам от Саши».Эти стихи весёлые, как и сама Саша:

Дорогая моя Лера! –
Мне найди миллионера,
Но чтоб был он молодой,
И, как папа, с бородой.
Чтоб была у него яхта,
А на вилле така шахта,
Где бы муж мой бородатый
Копал золото лопатой.
Да ещё скажи, что я
Подрасту, его любя,
И поженимся весной,
Только ты дружи со мной!

Стишков остались десятки, записаны на кусочках бумаги, они разбросаны по записным книжкам, среди книг и игрушек. Саша читала их своим друзьям и вместе с ними весело смеялась, пополняя всё новыми и новыми деталями...

...22 января, будучи уже в больнице, она нарисовала свою последнюю работу – «Автопортрет». Дети из её и соседних палат окружали тумбочку, за которой она рисовала, и наперебой заказывали картинки. Сашенька счастливо улыбалась и говорила: «Нарисую, нарисую! Всем нарисую!»

А в ночь на 24 января она отошла. Последние её слова были: «Папа?.. Ты прости меня... За всё...»
Прожила Сашенька 11 лет, 1 месяц и 21 день.
Да святится имя твоё, доченька!

Баба Яга и Бог

Баба Яга и Бог

источник 

Сказка о том, как Баба Яга триединого христианского Бога могущества лишила. Юному поколению как противоядие от опиума народа. 

Пришел Емеля к Бабе Яге, развернул избушку на курьих ножках к себе передом, к лесу задом, вошел и ахнул. В идеально чистой горнице увидел Емеля несказанно прекрасную женщину.
- Здравствуй, красавица! - молвил потрясенный Емеля. А где же Баба Яга?
- Рада за тебя, Емеля, - ответила красавица, - что узрел ты мой истинный лик. Лица, чей внутренний мир отягощен гадкими мыслями и подлыми делами, представляют меня в столь же уродливом виде, сколь уродлива их душа, а люди с чистой душой видят меня такой, какой ты нынче меня зришь. Я зеркало, в котором человек видит отражение своей личности. Я и есть Яга. Ты ко мне по делу или просто так? 
- Я за советом. Хочу испытать возможности Щучьего веления.
- Неужели опять коммунизм строить надумал?- засмеялась Яга.

Надо сказать, после того, как Емеля стал главой Тридесятого государства, решил он Щучье веление на невиданное дело пустить - коммунизм по потребностям в своем государстве построить. К счастью, Василиса Премудрая убедила Емелю коммунизм не во всем государстве, а лишь на острове Буяне учредить. Кликнули клич, и устремились любители халявных ценностей на остров Буян. Первое время блаженствовали – друг друга в потребностях перещеголять пытались, а когда фантазия иссякла, приуныли. Да и как не впасть в болезнь пресыщения, когда любое едва возникшее желание мгновенно исполнялось. Мечтать не о чем, стремиться не к чему. Тоска. И стал народ бежать с острова Буяна. Опустел остров. Долгое время пустовал, а затем на государственном совете решили нечестных людей на остров Буян ссылать, чтобы они там свои потребности под завязку насытили. Долго ли, коротко ли, перевелись в Тридесятом государстве воры и мошенники. Стал народ честно жить и назвал общественный строй своего государства ёмким словом Благотворим.

- Я дважды на одни и те же грабли не наступаю, - ответил Емеля. Хочу спросить тебя, Яга, вот о чем. Если я пожелаю, чтобы по моему хотению Щучье веление обрело могущество Абсолюта - чтобы во всей Вселенной не было силы, превосходящей могуществом Щучье веление, так и будет?
- Так всегда было, есть и будет, - ответила Яга. Щукой, которую ты из проруби в ведре вытащил, я была. Знай, Емеля, я могу превращаться в любое существо, в какое только пожелаю. Щучье веление - мое Веление. Только это тайна, которую я открыла лишь тебе.
- А если бы я тебя в уху?- ужаснулся Емеля.
- А если бы щука превратилась в огнедышащую змею? 
- Есть у меня требующее Абсолютного могущества хотение, которое я намерен на собрании сказочного народа осуществить, а тебя, Яга, прошу возглавить собрание.
- Хорошо, Емеля, - молвила Яга, превратилась в белую голубку и вылетела в окно.
На следующий день Емеля созвал народ во Дворец Чудес. По предложению Емели избрали президиум во главе с Ягой. 
-- Давай, Емеля, оглашай свое хотение, - ободрила Емелю Яга.
Емеля вышел на середину сцены и произнес:
- По Щучьему велению, по моему хотению да явится всем нам в зримом виде христианский Бог Троица, един в трех лицах.
Резко запахло горящей человеческой плотью. Из хлынувшего из средневековья дыма инквизиторских костров и пылающих раскольничьих срубов соткалось существо с двумя руками, двумя ногами, одним туловищем, и тремя лицами на одной голове. Глаза первого лица налились зашкаливающим гневом.
- По Щучьему велению, по моему хотению, - продолжил Емеля,- да лишится на веки веков христианский Бог Троица какого бы то ни было могущества.
Данила Мастер вынес дубовую скамью и поставил перед мгновенно обессилившим христианским Богом.
- Садись, Триединый, - молвила Яга.- Одно из твоих лиц учило: «Не судите, да не судимы будете». Ты грозил роду людскому Страшным Судом, посему ты предстал перед Справедливым Судом Тридесятого государства. Ответь присутствующему здесь народу, почему ты, якобы всеблагой всемилостивый человеколюбец, допустил, чтобы твоим именем живьем сжигали людей?
- Я превращу тебя в пепел!- завопило на Ягу первое лицо.
-- Уймись, Триединый. Похоже, на трех лиц одной головы мало, коль ты не понял, что ты навеки лишен могущества. Всемогущества же у тебя не было никогда. Всемогущему не нужны рабы. Ты осквернил свое малое могущество тем, что позволил людям называть себя твоими рабами. Всемогущая личность творит одним движением воли. Пожелала – и мгновенно сбылось. Всемогущий не прибегает к услугам палачей. Тебе ума не хватило двумя словами «прощаю всех» исправить якобы поврежденную непослушанием Адама и Евы человеческую природу. Исцеляющему прощению ты предпочел изуверскую казнь Иисуса, наивно утверждавшего «Я и Отец одно», и тем самым внушил людям подлую мысль, что можно достичь благой цели преступными средствами. Кстати, что же ты столь неумело свою ипостась воскресил – незажившие раны на теле Иисуса оставил, в которые Фома немытые пальцы совал? Я в бытность изрубленных на куски добрых молодцев воскрешала, так на их телах не то что ни малейших царапин не оставалось, но становились молодцы краше, чем были прежде.

Кощунственным условием: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» ты попрал самое прекрасное, что есть в человеке – любовь к родителям и детям, любовь к жене, братьям и сестрам. Ты превратил каждого, кто, впервые обнаружив твое условие, не отверг его как чудовищную подлость, в иуд, в глубине сердца предавших родных людей. Был бы ты светел и чист, ты бы сказал приходящим к тебе: «Лишь тот, кто готов мирно передать мое учение родным и близким, а притом и жизнь свою посвятить мудрому деланию добра, может быть моим учеником».

Твое ненасытное тщеславие требовало раболепного поклонения, непрерывных молитв. Но не за раздутое честолюбие лишен ты могущества, а за злодеяния против рода людского – за истребление египетских первородных младенцев, за гибель младенцев Вифлеема…

- Будь ты про… - Договорить черное слово Триединый не успел, ибо сидевшая рядом с Ягой супруга князя Гвидона, которая Гвидона в шмеля превращала, в мгновенье ока превратила Триединого в таракана. Сидевший на люстре ворон Яги спикировал на скамью, и сбылось предсказание добра молодца Корнея:
Взял и клюнул таракана.
Вот и нету великана.
Поделом таракану досталося.
И усов от него не осталося. (с)
- Зря ты поторопилась, - упрекнула Яга жену Гвидона. Я и десятой доли обвинений Триединому не предъявила.
- Ты же сама учредила закон, по которому любой, кто попытается произнести в Тридесятом Государстве проклятие или матерное слово, на трое суток неотвратимо превращается в таракана. Благодаря этому закону мы искоренили сквернословие.
- Суд должен вынести приговор. Придется извлечь таракана из вороньего зоба.

Дала Яга ворону рвотное снадобье, и изрыгнул ворон таракана на дубовую скамью. Яга поместила не подающего признаков жизни таракана в малахитовый ларец и предложила народу собраться во Дворце Чудес за час до истечения срока пребывания Триединого в тараканьем виде.
В назначенный срок в огромном зале Дворца яблоку негде было упасть.

- Друзья!- обратилась к собранию Яга. Сообща мы дивно преобразили Тридесятое государство. Мы построили совершенный общественный строй, суть которого определена его именем – Благотворим. Каждый из нас знает: назначение сказочного мира – учить обитателей мира земного мудрости и добру. Осуществлять наше призвание нам мешает огнем и мечом навязанное народам земли вероучение, лгущее о якобы поврежденной первородным грехом человеческой природе. Чтобы освободить мир от порабощающей разум лжи, Триединый Бог Троица перенесен в Тридесятое государство и навеки лишен могущества.

- Стало быть, Триединый немощен? Можно ли судить немощное существо?- спросил Ягу Никита Кожемяка.
- Карать немощного нельзя, а дать здравую оценку его деяниям должно, - ответила Яга, вытряхнула таракана из ларца на скамью подсудимых и брызнула на него живой водой. Таракан зашевелил усами.
- Таракан воскрес, - отметил Емеля.
- Воистину воскрес, – подтвердила Яга, и в этот же миг Триединый обрел вид, в котором возник на сцене Дворца Чудес.
- Оказывается, ты вовсе не всеведущ, коль не знал, что проклятия в Тридесятом государстве вне закона. Прежде ты проклял землю, а я землю благословила, и тем самым стерла твое проклятие. Я уличаю тебя во лжи. Ты лгал пророкам, якобы ты сотворил мир, хотя не мог не знать, что мир существовал всегда. Мир по Законам Природы преображается из одних состояний в другие, и этим преображениям не было начала и не будет конца. Всё, что происходит в Мироздании без участия людей – суть явления Природы. Законы Природы едины для всех. Все народы перед Природой равны. Ты своей затеей выделения богоизбранного народа посеял семена нацизма. В книге, которую твои рабы называют Святым Писанием, даны слова, коими ты подстрекал правителей к геноциду.

По знаку Яги Василиса Премудрая открыла Библию и прочла:
«Иди и порази Амалика, и истреби все, что у него; и не давай пощады ему, но предай смерти от мужа до жены, от отрока до грудного младенца, от вола до овцы, от верблюда до осла» 
"И истребишь все народы, которые Господь, Бог твой, дает тебе: да не пощадит их глаз твой"
- Я этого не говорил. Меня оклеветали, - изрекло первое лицо.
- Стало быть, так называемое Святое Писание лжет? И ты, будучи якобы всемогущим, немедленно не пресек клевету? Может, ты скажешь, что и всемирного потопа не было?
- Не было. Были страшные наводнения в долинах разных рек. Имевшие лодки спасались, не имевшие тонули. Выжившие слагали предания о всемирном потопе.
- И египетских казней не было?- продолжала вопрошать Яга. 
- Не было. Их придумали богословы, чтобы внушать людям страх божий.
- И «паси овец моих» ты апостолу Петру не велел?
- Не велел,- ответило второе лицо. – Людям не пристало уподобляться овцам. Люди могут быть только людьми.
- Твое второе лицо хвалилось: «Дана мне всякая власть на небе и на земле». Ко всякой власти прилагается всякая ответственность. Ты признаешь, что ты несешь ответственность за случившиеся в реальном мире две мировых войны и другие кровопролитные беды? 
- Не признаю, ибо никогда не было у меня всякой власти, - возразило второе лицо. У меня даже не было власти запретить распространение небылиц, которые обо мне насочиняли.
- Ты сознаешь, сколько жизней погублено, сколько судеб искалечено твоим именем?
- А что я мог сделать? – ответил Триединый. Я устал. Я смертельно устал. Устал от достающих меня молитв. Устал от людоедского ритуала, в котором христиане воображают, что под видом хлеба и вина они едят плоть и пьют кровь моей второй ипостаси. Устал взирать на бесчисленные распятия, на которых мою ипостась изображают в поруганном виде - в виде полуголого трупа, прибитого гвоздями к орудию казни. Мой образ попы превратили в бренд церковного бизнеса. Я не в силах ни на что влиять.
- Слово имеет защитник подсудимого Крошечка Хаврошечка, - объявила Василиса Премудрая.
- Будьте милосердны - помилуйте Триединого. Он теперь немощное существо.
- Каждому из твоих лиц, Триединый,- молвила Василиса Премудрая,- Суд предоставляет последнее слово. 
- Сохраните мне жизнь, - произнесло первое лицо.
- Мне нестерпимо больно за преступления, которые христиане творили, прикрываясь моим именем. У меня не было сил их предотвратить, - сказало второе лицо.
- Простите меня, - кротко молвило третье лицо.
- Суду все ясно, - подвела итог Яга. Суд удаляется для вынесения приговора.
После перерыва Яга огласила приговор.
- Справедливый Суд Тридесятого государства приговорил лишенного могущества христианского Бога Троицу к вечному пребыванию в Тридесятом государстве без права покидать пределы государства. Приговор окончательный и обжалованью не подлежит.
- Темниц в нашем государстве нет, - сообщила Триединому Яга, посему терем тебе мы возведем в долине молочной реки с кисельными берегами. Вдоль границ Тридесятого государства установлены невидимые фильтры, так что ни одна молитва из земного мира к тебе не просочится. Хотя ты и Триединый, но каждая из твоих ипостасей является самостоятельной личностью. По Закону Тридесятого государства каждая личность имеет право обладать личным телом. Посему я вопрошаю каждую из личностей: в каком виде желаешь ты жить-быть в Тридесятом государстве?
- Я хочу быть белым голубем, - ответило третье лицо. 
- Я хочу быть добрым молодцем, - молвило второе.
- Первое лицо молчало.
- Будешь седобородым стариком, - решила Яга, плеснула на Триединого сперва мертвой, затем живой водой, и пропахшее смрадом инквизиторских костров и горящих раскольничьих срубов существо превратилось в белого голубя, коротко подстриженного и гладко выбритого добра молодца и немощного седобородого старика. Белый голубь взлетел со скамьи подсудимых и сел Яге на левое плечо. Из задних рядов Дворца выбежала Мария Магдалина и бросилась новоиспеченному добру молодцу на шею.
- Яга! Дозволь мне взять добра молодца Иисуса в мужья, - обливаясь слезами, попросила Магдалина.[
- Если добрый молодец согласен – совет да любовь! – ответила Яга.
- Согласен!- , обнимая Магдалину, воскликнул Иисус. - Поначалу будем жить в шалаше, а дом я собственными руками построю. Я ведь сын плотника, к строительному делу с детства приучен.
Яга обратила свой взор на сидящего на скамье подсудимых седого как лунь старика.
- В Тридесятом государстве немощные лица без ухода не остаются. Кто готов ухаживать за дедушкой Яхве Иеговой Саваофом?
- Я готова,- вскочила с места старуха Шапокляк.
- Вот и чудесно, - молвила Яга, пожелала всем неизбывной мудрости, села в новую титановую ступу и умчалась домой, где в избушке на курьих ножках ждал Ягу черный кот Баюн. Из-за кулис Дворца Чудес вылетели гуси-лебеди, подхватили старика Яхве-Иегову-Саваофа и старуху Шапокляк и унесли в низовье молочной реки с кисельными берегами, где по Щучьему велению мгновенно возник уютный терем со всеми сказочными удобствами.
Тут и сказке конец, а кто слушал – молодец.

ПОСЛЕСЛОВИЕ К СКАЗКЕ.
Сказка «Баба Яга и Бог» написана как приложение к школьному учебнику ОПК. Вводить сказку в школьную программу не обязательно. Юные читатели легко найдут сказку в Интернете.

Ваш Триединый Бог Троица, господа христиане, чудесно телепортирован из мифического Царства Небесного туда, где ему надлежит вечно пребывать – в мир сказки. 

Повремените кричать о своих оскорбленных религиозных чувствах. Лучше подумайте, почему ваш Бог попустил автору написать сокрушающую церковные догматы сказку. Почему не превратил автора, как жену Лота, в соляной столб? Не потому ли, что силой сказочного Слова навеки лишен могущества? Заодно подумайте, каким колоссальным духовным потенциалом обладают герои русских народных сказок, коль скоро в контексте новой сказки они развалили вероучение, на страже которого веками стояли инквизиция, уголовные уложения, карательные органы христианских стран.
Надеюсь, вы понимаете, что сказочным персонажам молиться глупо? Но можно устраивать спектакли с их участием, подобные новогодним представлениям с Дедом Морозом и Снегурочкой.

Не зря церковники ополчились на Бабу Ягу. Нечистую силу в Яге видят лишь те, кто сам нечист, а читателям с чистым сердцем Яга открывается как прекрасная могущественная Богиня – сказочное олицетворение творческой мощи Матери Природы – Великой Матери всего сущего.
Иисус, телом которого Церковь не является, ибо отныне и навеки тело Иисуса суть тело сказочного добра молодца, оставил вам заповедь: «будьте как дети». Дети верят в сказки, даже когда твердо знают, что сказочные чудеса в реальном мире не происходят, и чутко внемлют нравственным урокам, вытекающим из сказочных событий.

Тот, кто прочтет сказку «Баба Яга и Бог», никогда уже не сможет верить в Бога по церковным канонам. Обитающие в подсознании сказочные образы не дадут.

Ломка религиозных стереотипов, освобождение сознания от угнездившихся в нем догм – процесс болезненный, зато освобождающий разум для видения мира в свете здравого смысла. Избавление от религиозных иллюзий позволит вам понять, что провоцирующий всплески жестокости и садизма догмат о вечных (!) мучениях грешников в аду – преступная ложь.

Ад был на земле. Ад пыточных застенков инквизиции и ГУЛАГа. Ад фашистских концлагерей. Геенна огненная Хиросимы и Нагасаки. Ад вооруженных конфликтов. Ад террористических актов.

Спонсируя религиозные организации, которые являются инструментами порочной политики, вы спонсируете для своих детей и внуков перспективу оказаться в прижизненном аду.

Народ сказочного Тридесятого государства мирно построил совершенный общественный строй.
От всего сердца желаю юным гражданам России:
Да станут вашим счастливым девизом слова советской песни:
- Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!
Да станут вашим руководством к действию мудрые слова А.С. Пушкина: «Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от одного улучшения нравов, без насильственных потрясений политических, страшных для человечества».

Татьяна Гладкая

P.S. Распространение сказки приветствуется. Пошлите сказку всем, кого хотите уберечь от религиозных заблуждений.